Цены на топливо в России заморозили, но не полностью. У нефтяных компаний есть пространство для повышения расценок. Действия правительства напоминают ручное управление ценами, которое не способствует нормализации топливного рынка. Уже сейчас независимые АЗС жалуются президенту и предсказывают скорый бензиновый кризис в стране.

Бензин: ручное управление

Нефтяники и правительство в результате напряженных переговоров достигли временного соглашения в топливном вопросе. Цены на бензин и дизель снова заморозили — теперь до 31 марта 2019 года. В прошлый раз заморозки хватило на три месяца: ввели ее 1 июня, а уже в сентябре цены на топливо начали расти в некоторых регионах.

Два месяца прошли в дискуссиях между властями, нефтедобывающими компаниями и владельцами АЗС. Нефтяники утверждали, что работают в убыток, правительство и Дмитрий Медведев грозились ввести заградительные пошлины, нефть дорожала, а вопрос цен на топливо оставался открытым: какие-то АЗС держали майские расценки, другие — повышали цены.

Ситуация разрешилась только в ноябре. Новое соглашение между властями и нефтяным бизнесом включает несколько пунктов:

• до конца года средние оптовые цены не поднимутся выше:

— 39,86 рубля за литр для Аи-92;

— 42,77 рубля для Аи-95;

— 43,11 рубля для дизеля;

• после Нового года расценки могут вырасти на 1,7%;

• в феврале и марте рост топливных цен не должен опережать официальную инфляцию, то есть 4,3%;

• нефтяные компании обязаны поставлять на российский рынок не менее 17,5% производимого топлива.

• нефтеперерабатывающие заводы, которые за три года модернизируют производство до европейского уровня, получат льготы.

Допустимое повышение цен должно компенсировать производителям бензина рост НДС и топливных акцизов. Кроме этого государство обещает компенсировать нефтяникам до 200 млрд. рублей возможных убытков. Соглашение подписали 10 крупнейших нефтяных компаний России, представители Министерства энергетики и Федеральной антимонопольной службы.

 

Предусмотрели не все

Соглашение должно учитывать интересы всех игроков топливного рынка. Потребители защищены от чрезмерного роста розничных цен. Оптовые цены, по которым закупают топливо независимые АЗС, зафиксированы, а гарантированные поставки на внутренний рынок исключают возможность дефицита. Нефтедобывающие компании получают субсидии от государства, а нефтепереработка имеет стимул к развитию. Но на практике все не так гладко. Заградительные пошлины, которыми грозит Медведев, не страшны малым сетям и независимым АЗС, потому что они не продают нефть за границу. ФАС уже начала проверку заправок в некоторых регионах, чтобы не допустить роста цены.

Увеличение экспортных пошлины противоречит идее налогового маневра, что указывает на непоследовательность предлагаемых правительством мер.

Нефтяные компании заморозили и даже снизили оптовые цены, но на нефтебазах и заправках уже сейчас дефицит топлива. Крупные игроки предпочитают продавать бензин и дизель через собственные заправочные сети, чтобы не делиться прибылью с независимыми АЗС.

Крупные сети Автозаправочных станций уже нашли способ обойти заморозку цен. Вместо скидок по топливным картам корпоративные клиенты получают дополнительный сервисный сбор. Формально — это не повышение цены на сам бензин, а плата за пользование картой.

Кто виноват

Государство с помощью налогового маневра стремится защитить бюджет от колебания мировых цен на нефть. Повышение НДПИ обеспечит поступления в бюджет даже при минимальной экспортной выручке нефтяных компаний. При этом интересы нефтяников и потребителей бензина отходят на второй план. Главное — бюджет!

Нефтедобывающие компании стремятся увеличиться прибыль и продают топливо за границу, игнорируя интересы внутреннего рынка. Они знают, что государство пойдет на уступки — нефть главный источник наполнения бюджета деньгами, а значит у нефтяников всегда есть козырь и они его умело разыгрывают.

Нефтяники получили даже больше, чем хотели. Российский бензин по цене обошел заграничный. Из-за перепроизводства бензина в мире продавать его на внутреннем рынке стало еще выгоднее.

Небольшие АЗС выпадают из «большой игры» государства и нефтяников и отстаивают свои интересы: стараются не потерять долю рынка и доход. А потребителям остается наблюдать со стороны и надеяться, что цены на бензин и дизель не вырастут слишком сильно.

Складывается ситуация, в которой все винят друг друга. Государство винит нефтяников и АЗС в желании получить сверхприбыли на внутреннем рынке потребителях. Нефтедобывающие компании обвиняют независимые АЗС в накрутке цен. Независимые АЗС в открытом письме жалуются президенту на крупные нефтяные компании. Эксперты и потребители не видят смысла в налоговом маневре и обвиняют государство в ручном управлении ценами на топливном рынке.

Решение проблем — конкуренция

Правительство вместо системного реформирования топливного сектора в ручном режиме решает текущие проблемы. Заморозка цен — это хорошо, но что будет, когда цены разморозятся? Нефтяники постараются вернуть упущенную прибыль и цены снова пойдут вверх. А потом их снова заморозят, но уже на более высоком уровне.

Цены на бензин в России всегда растут — это следствие низкой конкуренции в отрасли. В США на долю крупнейших нефтедобывающих компаний приходится около 4% рынка, а крупнейшие переработчики производят только 9% топлива. Остальные — независимые компании, которые играют по правилам рыночной конкуренции и не могут бесконечно повышать цены, чтобы не лишиться клиентов.

В России же больше половины рынка контролируется четырьмя крупнейшими компаниями, аффилированными с государством. Независимые АЗС продают только 30% всего топлива. Власть не может отпустить нефтяную отрасль в «свободное плавание»: слишком много экономических и политических факторов на ней завязано. Маловероятно, что правительство введет карательные меры против нефтяников — главного поставщика денег в бюджет. Это скорее популистские меры для поучения политических очков и снижения социального напряжения.

Виктор Тарасенко