В октябре Госдума рассмотрит законопроект, делающий тестирование на наркотики обязательным для всех, кто собирается управлять каким-либо транспортом или носить оружие. Последствия положительного результата анализа, согласно документу, окажутся серьезнее для тех, кому возможность рулить или стрелять необходима по работе. Они могут лишиться этой работы и возможности устроиться на такую же в дальнейшем.
Для томских водителей тестирование не является чем-то новым. Уже сегодня для того, чтобы «пройти нарколога» в областном диспансере, недостаточно просто не состоять там на учете: обязательно нужно сдать анализы. Но пока эту процедуру можно обойти, получив подпись врача там, где сдачи анализа не требуют. Новый закон, в случае его принятия, такую возможность исключит. Да еще и потребует от медицинских организаций, проводящих «освидетельствование на предмет потребления…», информировать Госнаркоконтроль о людях, в организме которых обнаружились наркотики. Лицам, хотя бы раз привлекавшимся к административной ответственности за употребление нездоровых веществ, предлагается запретить работать на любом транспорте и там, где есть доступ к оружию.
Ранее в наше законодательство уже вводились нормы, позволяющие за единичную ошибку пожизненно лишать граждан права заниматься отдельными видами деятельности. Яркий пример — запрет допуска лиц, имеющих или имевших судимость, к преподаванию и разного рода работе с несовершеннолетними. Любой, кто сегодня пожелает устроиться в образовательное учреждение, должен и без того немалый пакет «вступительных» документов дополнить справкой о наличии или отсутствии судимости. В Томске такую выдают в Информационном центре УВД на улице Елизаровых.
После вступления в силу соответствующих поправок справки эти понадобились и действующим работникам образования. В результате в числе уволенных оказались учителя с большим стажем, обладатели наград и почетных званий – а все из-за того, что много лет назад они кого-то оскорбили или толкнули. Этим летом одиннадцать таких педагогов из разных регионов России обратились в Конституционный суд и были услышаны. Судьи признали, что не всякое преступное деяние, совершенное человеком, однозначно свидетельствует о его опасности для жизни и здоровья несовершеннолетних. У тех, чья судимость снята или погашена (при условии, что получена она не за тяжкие или сексуальные преступления), появился шанс вернуться к пока что запрещенной для них работе.
Зато уволенным теперь рискует оказаться, к примеру, водитель грузовика или автобуса, если когда-то из любопытства он попробовал нечто запрещенное и вскоре по неосмотрительности попался проходившим мимо полицейским. Причем ему совсем не обязательно быть в это время за рулем. Проект законом еще не стал, но оценить вероятность подобной ситуации возможно. В прошлом году в Томской области органами по контролю за оборотом наркотиков выявлено 523 административных правонарушения, 91% которых связан с потреблением наркотических и психотропных веществ; задержано 133 водителя с признаками наркотического опьянения. В «запасе» — 3810 человек, состоящих на учете с диагнозом «наркомания», и какое-то (но не меньшее) количество их знакомых, обходящих врачей стороной.
Риск бессрочного отстранения от профессии, пожалуй, способен удержать человека от знакомства с наркотиками, ведь сохранение работы нередко волнует людей больше, чем сбережение здоровья. Тем не менее, о том, не является ли предложенное наказание излишне жестким (скажем, обязательно ли, чтобы работать запрещалось навсегда, а не на сколько-то лет), еще предстоит поспорить комментаторам и, возможно, депутатам. В одном «углу ринга» — право на ошибку, если от нее никто не пострадал, в противоположном – соображения повышенной безопасности.
