С одной стороны, не очень понятно, почему нефтяники должны платить НДПИ и экспортные пошлины. С другой стороны, понятно, что без нефтяных доходов Российскую Федерацию, как государство, можно смело распускать.
Недавний новостной поток по нефтегазовому сектору был отмечен двумя новостями: плохой и хорошей. Начнем с хорошей.
По информации деловых изданий российская нефть ESPO может стать новым ценовым маркером для Азии. Ее поставки осуществляются по новому трубопроводу Восточная Сибирь — Тихий Океан (ВСТО). Поставщиками являются Роснефть, Сургут и “танкисты”. Сейчас цена ESPO привязана к сорту Dubai из Объединенных Арабских Эмиратов. ESPO на азиатском рынке конкурирует с нефтью из стран Ближнего Востока. Соответственно его основным конкурентным преимуществом является короткое транспортное плечо до азиатских потребителей. Однако, пока что существует проблема объемов. Для того, чтобы российская нефть стала ценовым маркером, ее продажи должны быть около 50 млн. т. в год, на данную мощность ВСТО выйдет лишь в 2012 году. В текущем году поставки должны оставить 15 млн. т., в следующем 30 млн. т. Основной ресурсной базой для ВСТО является Восточная Сибирь.
Теперь новость плохая. Министерство финансов хочет ввести экспортные пошлины на нефть с восточносибирских месторождений уже с июля, пошлины должны быть ниже стандартных. Алексей Кудрин собирается обсуждать вопрос пошлин с Минэнерго и хотел бы добиться как минимум предварительных договоренностей.
Ранее рынок полагал, что в текущем году пошлины введены не будут, а затем они либо останутся нулевыми, либо к ним будет применен дисконт. Также считалось, что режим налогообложения восточносибирских месторождений будет значительно более мягким по сравнению с Западной Сибирью. Нефтяники даже предлагали облагать повышенной налоговой ставкой итоговый финансовые результат от своей деятельности в Восточной Сибири. На рынке считалось, что у правительства следующая логика. Месторождения Западной Сибири созданы во времена СССР, так сказать всем обществом, и, соответственно, подлежат жесткому налоговому режиму. Однако, Восточная Сибирь, новая нефтяная провинция, будет разрабатываться акционерными компаниями и, соответственно, налоговый режим должен быть мягче.
Вопрос налогообложения российских нефтяных компаний является более, чем неоднозначным. С одной стороны, не очень понятно, почему нефтяники должны платить НДПИ и экспортные пошлины. С другой стороны, понятно, что без нефтяных доходов Российскую Федерацию, как государство, можно смело распускать. При этом благодаря своему административному ресурсу Газпром продолжает пользоваться более мягким налоговым режимом по сравнению с нефтяниками. Основную разработку восточносибирских месторождений ведет государственная Роснефть, соответственно, государство может получать доходы через дивиденды, правительству принадлежит более 75% акций компании.
Проблема в том, что инвестиционные проекты просчитываются на годы вперед, интересно, как нефтяники могут планировать бизнес, если правительство не определилось с налоговым режимом. Надо также понимать, что модернизация на голодный желудок плохо идет. А нефтяные доходы в обозримом будущем останутся основным видом заработка для России, никакие успехи в развитии высоких технологий в принципе не могут изменить ситуацию. В России деньги отдельно, технологии отдельно.
Пока абсолютно неясно, какой налоговый режим будет принят для месторождений Восточной Сибири, более того, если решение в целом будет в пользу нефтяников, можно ожидать взлета капитализации Роснефти и Сургута. Однако, нефтяники неоднократно отмечали, что введение жесткого налогового режима может скорректировать планы по наращиванию добычи. И можно только удивляться упрямству чиновников Министерства финансов, которые упрямо хотят зарезать курицу, которая несет золотые яйца. На месторождениях Западной Сибири добыча падает. И другой курицы, которая несет золотые яйца, у России нет. Чиновники министерства финансов не понимают, что налоги не берутся из воздуха. Сначала добыча нефти, а потом налоги. При этом, при разработке новых месторождений нефтяники несут значительные инвестиционные расходы, которые должны быть отбиты с адекватной доходностью. Возможно, доходностью согласится пожертвовать государство, однако, вряд ли на это согласятся частные акционеры Роснефти и Сургута.
