Регулирование банковской деятельности в России станет более жестким, чем до кризиса.
Продолжая оценивать мощную атаку на капитал тех банков, которые, по мнению ЦБ, ведут чрезмерно рискованную политику в активных операциях, стоит отметить аналогичную атаку на непрофильные активы банков, которая предпринята регулятором и в проекте Указания Банка России о внесении изменений в Инструкцию № 110-И. В числе активов, по которым планируется ввести повышенные коэффициенты риска (150%!), используемые при расчете норматива достаточности капитала (Н1), значатся уже знакомые нам позиции:
•tнедвижимость, включая землю, используемую банком не для осуществления банковской деятельности;
•tлюбые иные залоговые активы, полученные банком по договорам об отступном или о залоге;
•tкредиты, предоставленные банком на покупку таких активов;
•tвложения банков в акции (доли) юридических лиц, составляющие не более 20% от величины уставного капитала организации-эмитента (а если более, то тут и коэффициента не требуется: всё за счет капитала);
•tвложения банков в паи паевых инвестиционных фондов (активы, переданные в доверительное управление).
Упоминаются в этом перечне и другие активы с повышенным коэффициентом риска, но они не относятся к предмету рассмотрения в настоящей статье.
Вернувшись же к вышеперечисленным активам, нетрудно заметить, что атака спланирована добротно. Если целью регулятора было стимулировать банки к более активной, целенаправленной работе не только с «токсичными» ссудами, но и с переходящими залогами по этим ссудам, то способы достижения этой цели были выбраны весьма эффективные. Длительное удержание таких активов станет со второй половины следующего года ощутимо обременительным для банковского капитала — и через резервы (283-П), и через повышенные коэффициенты при расчете норматива достаточности этого капитала (110-И). Причем, невыгодным станет удержание этих активов практически в любой форме: на балансе самого банка, в паевом фонде, в дочернем предприятии, на балансе заемщика.
Ну и что?
У многих банков есть сегодня существенный запас — и по ликвидности, и по достаточности капитала. Но рационально ли использовать его для покрытия низкой эффективности работы с проблемными активами? Кто-то, возможно, сочтет, что даже при увеличивающейся нагрузке на капитал эти активы плеч не тянут. И на здоровье! Но в большинстве случаев, надо полагать, задумаются.
Спрашивается, о чем?
Может быть, о том, что в изменяющихся условиях станет невыгодно удерживать продаваемый в принципе залоговый актив только потому, что возможная выручка от его продажи не покроет всю сумму задолженности заемщика? Логично. Фиксация убытков при быстрой продаже актива и списании непогашенной части долга может теперь оказаться более рациональным решением, чем пролонгация нерешительности кредитора и, как следствие, резко возрастающая косвенная нагрузка на его капитал.
О том, что «неликвид» зачастую требует дополнительных вложений от банка, чтобы стать «ликвидом»? Привыкнуть к этой мысли сложно, но можно. Ведь в частной жизни так тоже бывает: чтобы вернуть свое, надо сначала добавить, увеличив долг. Во всяком случае, в переходящих к банкам объектах «незавершенки» эта ситуация встречается как минимум через раз. Да и в готовых объектах случается нередко.
Или о том, что не всякую работу надо делать самим? В самом деле, создание собственных высококомпетентных подразделений по работе с непрофильными активами не всем банкам по карману. Есть реальный шанс, что на круглые столы и конференции по непрофильным активам теперь, кроме аутсорсеров-исполнителей, будут, наконец, заглядывать и банки-заказчики.
А может быть, о том, что ЗПИФ недвижимости был и остается весьма перспективным инструментом в работе с непрофильными активами? Ведь это действительно так, несмотря на грядущие изменения в резервировании и в оценке рисков по паям этих фондов. И даже, несмотря на уже состоявшуюся на днях отмену льгот по налогу на имущество и на землю в ПИФах. Эти ужесточения отчасти снизят совокупную эффективность ЗПИФов для банков – спору нет. Но отнюдь не ликвидируют ее полностью.
Во-первых, при грамотном структурировании фонда остается экономия на НДС. Остается и отсрочка по налогу на прибыль — в случае ее реинвестирования внутри фонда. Во-вторых, при определенных обстоятельствах и тщательной работе с документами вновь введенный налог на имущество в фонде можно не платить, причем вполне легитимно. В-третьих, не так все беспросветно и с резервами в ЗПИФах.
Так что никаких специфических рисков и издержек у ЗПИФа, по сравнению с другими формами удержания непрофильных активов банками, и раньше не было, и сейчас не возникает. Стало меньше выгод – это да. Но остается все же многое:
•tвышеупомянутая налоговая экономия;
•tрасчистка банковского баланса от чужеродных «элементов»;
•tвозможность использовать для этой расчистки деньги самого банка, при этом не начисляя на выделенные деньги проценты и не извлекая их из капитала (уникальное свойство ЗПИФа);
•tудобство и быстрота продажи проблемных активов (мгновенно — через паи, а не долго и хлопотно — через договор купли-продажи недвижимости);
•tпривлекательность и понятность пая как инструмента для потенциальных инвесторов, в т.ч. для фондовых.
Автор: председатель Комитета АРБ по вопросам внешнего управления и секьюритизации банковских активов Владимир Лопатин.
Можно ли здесь банкам помочь? Можно и нужно. Для этого в начале февраля по инициативе АРБ и ряда партнеров собирается Межотраслевая конференция "Льготы заканчиваются – что дальше?". Разобраться в происходящем и верно выстроить стратегию на будущее банкам помогут приглашенные на конференцию в качестве докладчиков ведущие специалисты таких компаний, как Ernst & Young, Deloitte, KPMG, PricewaterhouseCoopers, Standard & Poor’s (S & P), "Экспе́рт РА", "НИК Развитие", и многие другие, включая, конечно, представителей Центробанка, Минэкономразвития, АРБ, других профильных ассоциаций.
