Появление на прошедшей неделе отчетности ЛУКОЙЛа позволяет заметить новые тенденции в поведении ее и других игроков нефтяного сектора российской экономики.
Прежде всего, нужно отметить, что прирост выручки компании, составивший в 2010 г. 29,4%, в два – три раза опередил рост почти всех затрат. Можно было бы ожидать, что прибыль вырастет быстрее выручки — при такой-то экономии! Тем более, что, хотя компания и восстановила докризисный уровень затрат на геологоразведку, увеличив их в 2010 г. более чем на 50% (после примерно такого же падения в 2009 г.), однако их размер, составивший в прошлом году лишь около $340 млн, в целом невелик относительно выручки. Это принципиально отличает российские компании от западных — гораздо более высокая обеспеченность запасами, большая часть которых уже находится на их балансах, а не у государства. Однако, опережающий рост налогов и сборов, выросший в 2010 г. примерно на 39%, сделал прирост чистой прибыли, выросшей на 30,4%, сопоставимым с приростом выручки, и не более того. Впрочем, соотношение всех налогов и сборов и выручки — 29% в 2010 г.- пока у ЛУКОЙЛа даже меньше, чем в предкризисном 2007 г., а эффективная ставка налога на прибыль – 20% тоже меньше, чем в 2007 г., когда она составляла 27%. Впрочем, важна ведь не доля прибыли в выручке, а доходность капитала и, в конечном счете, достаточность прибыли для инвестиций, особенно в такой отрасли, как российская нефтедобыча, где будущее неопределенно не только в силу невозможности точно предсказать будущую добычу с новых месторождений, но и из-за начинающейся глобальной налоговой реформы в отрасли. Пока руководство ЛУКОЙЛа демонстрирует хорошую мину: в презентации президента ЛУКОЙЛа В.Ю.Алекперова для Нью-Йоркской аудитории, датированной 10 марта и размещенной на сайте компании, сказано о том, что за счет снижения экспортной пошлины на нефть и налоговых льгот для каспийского региона компания получит в 2011-2013 гг. дополнительно $4 млрд прибыли. Однако нельзя забывать о том, что государство не намерено заниматься благотворительностью, и в отрасли грядет повышение экспортных пошлин на нефтепродукты. Если это не ударит по ЛУКОЙЛу прямо, то может ударить косвенно, посредством ухудшения положения компаний, вложившихся в глубокую нефтепереработку, которая вдруг может стать нерентабельной, как в силу повышения экспортных пошлин на нефтепродукты и более высокого транспортного плеча для экспортных перевозок российскими производителями (чем у их конкурентов), так и в силу того, что переход на более высокие стандарты топлива внутри страны в силу разных причин будет задерживаться.
Вернувшись к ЛУКОЙЛу, можно отметить, что компания, которая в этом году должна завершить выработку стратегии, подспудно уже действует в ее давно оглашенных рамках: меньшие чем раньше прогнозные темпы роста добычи нефти, сокращение программы капитальных затрат, рост свободного денежного потока и доходов акционеров. В результате прирост инвестиций в 2010 г.- менее 5% — кратно отстал от прироста прибыли, не компенсировав снижение инвестиций почти на 40% в 2009 г. Если же брать инвестиции в разведку и добычу, составляющие более 70% всех инвестиций компании, то при общем увеличении в 2010 г. более чем на 5%, их объемы в России снизились у ЛУКОЙЛа более чем на 20%, а за рубежом выросли аж на 139%.
Может нам не ломать голову, а вывозя нефть, ввести иностранную налоговую систему в нефтедобыче, которая так хорошо стимулирует вложения в будущее нефтедобычи? А может дело не только в налоговой системе, а в целом в очень плохом инвестиционном климате в стране и нестабильности прав собственности, о чем говорит закрепление тенденции к оттоку капитала из страны не только в нефтянке? Ситуация такова, что даже такая динамичная компания как ЛУКОЙЛ должна уменьшить удельные инвестиции с примерно $100 на 1 тонну добытой нефти в 2007-2008 гг. до $66-70/т в 2009-2010 гг., и это при том, что компания считает, что в наступившую эпоху «трудноизвлекаемых» и альтернативных запасов фундаментальное ценообразование на нефть будет идти в коридоре $60-100/барр. против гораздо более низкого коридора в рамках $20-30/барр. в ушедшую эпоху «легкоизвлекаемых» запасов.
Автор: Валерий Миронов (Центр развития Национального исследовательского университета Высшей школы экономики)
