Интересно начала свою «вторую жизнь» партия "Правое дело" под эгидой нового лидера Михаила Прохорова. Еще недавно вопрос о том, что происходит в партии, имел выраженный маргинальный оттенок. Что может происходить там, где все, или почти все, «умерло»?..
Насколько эффективен может быть гибрид праволиберальных экономических представлений и ощутимо левых представлений политических? «Правое дело» до Прохорова — невиданный либерально-социалистический гибрид. Правая, националистическая по определению партия, странным образом совмещала либеральные экономические представления со сверхнациональными, «общечеловеческими», левыми по своему происхождению ценностями. Оксюморон, «горячий лед».
При идеологическом конструкте, на котором долго строилась партия, можно снижать барьер прохождения в Государственную Думу с 7 до 5, а то и до 3 процентов. Тратить на продвижение партии серьезные деньги, и получить скромный электоральный результат. Объяснение вполне банально. Нет, или почти нет, избирателя, взгляды которого соответствуют такому набору идей. Нет не только в России, но и в Европе.
Но если во главе партии встал успешный капиталист, эффективный менеджер Михаил Прохоров, а партию все равно надо тащить в Думу неимоверными усилиями, значит что-то не так в изначальном идеологическом конструкте, на котором базируется партия.
Люди, придерживающиеся традиционных правых убеждений, в стране есть, а партии, выражающей их интересы, нет. Есть только ничего не значащее определение «правый» в названии партии.
Стране нужна сильная правая партия цивилизованного национализма.
Взгляды старой, «допрохоровской» партии на экономику, внутреннюю и внешнюю политику страны совершенно не совпадали друг с другом.
Мы знаем, что правая партия в Европе и Северной Америке – это партия в большей или меньшей степени националистическая.
Классическим примером правой партии является Республиканская партия в США. Праволиберальные взгляды на экономику, снижение налогов на доходы богатых, ограничение социальных программ. Республиканцы выражают интересы сильных и успешных, тех, кому почти не нужны «костыли» государства. Тех, кто может лечиться, учить детей без его помощи. Тех, кто инвестирует на финансовых и товарных рынках.
Это то, что касается политики внутренней. Но есть еще и политика внешняя. Республиканцы — горячие патриоты Америки. Они, как правило, поддерживают военные операции страны за рубежом. Они выступают за рост военных расходов. Многие из них гордятся тем, что никогда не покидали пределы США. Америка для них превыше всего.
Еще более характерен пример Европы. Есть Марин Ле Пен и Национальный фронт во Франции. Есть истинные Финны (Perussuomalaiset) во главе с Тимо Сойни. Есть Австрийская партия свободы, под руководством Хайнца-Христиана Штрахе…. Все уже придумано, и ничего особенно нового партии, носящей название «Правое дело», изобретать не нужно.
Нужно только перечитать программы правых партий. Хотя и без этого можно выделить основные положения идеологии европейских правых. Национальные интересы превыше всего, ограничение этнической эмиграции и европейской интеграции. Разнородная смесь из национального либерализма и консерватизма.
Не бывает правых по экономическим взглядам и космополитов во внешней политике одновременно. Правая партия по определению партия националистическая. Обсуждению может подлежать степень национализма, а не его присутствие.
Что можно было построить с господином Гозманом, какую компанию можно выиграть с ним? Если только с Божьей помощью, в форме чуда прямого божественного вмешательства. Но для господина Гозмана, такого чуда, скорее всего, не будет.
При сохранении нынешней идеологии нужно или уходить из политики, или переименовывать партию, убирать из названия определение «правых». Подобрать что-нибудь еще. Союз имени Бориса Ельцина, например. Большая широта охвата и сопутствующая неопределенность взглядов. Так можно надеяться если не на семь, то на три – пять процентов, и на попадание в следующую Думу в случае уменьшения проходного барьера.
Сегодня партию возглавил Михаил Прохоров. Зачем ему «Правое дело»? Прохоров успешен во всем. Он любит куражные проекты с взрывным ростом капитализации. Получить один, два, три процента голосов избирателей, это, наверное, почетно. Но правильно выстроенная правая политическая партия в России легко может набрать более 20-ти процентов голосов избирателей. И это еще по самым скромным подсчетам. А это уже совсем другая игра. Эта взрывная капитализация нового для Прохорова политического проекта.
Что скажут в ответ на такой глубинный ребрендинг партии ее старые члены, старая «либеральная гвардия» с «дореволюционным», «допрохоровским», стажем? Разумеется, будут противиться, говорить о растоптанных либеральных идеалах. Что с этим делать, насколько это сопротивление сможет остановить изменения в партии?
Ничего либералы старой закалки здесь изменить не смогут. Кто-то из них уйдет сам, оскорбившись «запятнанных либеральных одежд», кого-то попросят «на выход» партийцы нового призыва.
Здесь есть хорошая историческая аналогия с большевиками «ленинцами», и их растворением в новой массе большевиков «сталинцев» в 20-30-е годы.
Новую идеологию партии могут составить Михаил Прохоров и российские политики, в разной степени приверженные национализму. С ними еще надо суметь договориться, привлечь на свою сторону, выработать компромиссную правую политическую программу. Отвечающие коллективному бессознательному правые предвыборные лозунги отчасти уже есть «Слава России!», «Слава Руси!».
Столь глубинный ребрендинг «Правого дела» сложный и болезненный, но цель того стоит. В результате идейной и кадровой революции имени Михаила Прохорова в стране может наконец-то появиться скроенная по европейским образцам сильная правая партия.
