Авторские материалы

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

13:00 / 05.04.24
3127

Как живет томич с ДЦП, спасенный из замусоренной квартиры

Мы в социальных сетях:

После смерти матери, которая последние 30 лет копила в квартире мусор, томич с ДЦП Алексей Муковников остался один в жилье, которое больше походило на свалку. Мужчину забрала домой ветврач Елена Ящук, которая пришла к нему помочь кошкам, и вообще не ожидала встретить в квартире человека. О том, как мужчина остался один на один с бедой, а потом получил шанс на новую жизнь — в материале Tomsk.ru.

«Потом пригодится»

Небольшой частный дом на окраине Томска, портрет собаки на воротах и огромный алабай в будке во дворе. Здесь живет ветеринарный врач Елена Ящук, а с конца декабря — еще и 42-летний Алексей, которого девушка буквально спасла из заваленной мусором квартиры.

Сейчас кроме двух человек здесь находятся полтора десятка животных: собаки Елены — алабай Раджас, немецкий дог Дива и той-терьер Кэри — и 12 кошек из 30, которых ветврач нашла в квартире Алексея. Почти все остальные — на передержке, только пятерым смогли найти новый дом.

Инвалидность у Алексея с детства, он всю жизнь прожил с матерью, которая в начале 1990-х стала приносить в дом мусор, и не давала его выбрасывать. В школе он особенно любил уроки истории. Но мальчика травили, так что учебу он бросил после пятого класса, и почти все свободное время проводил на улице, в разных компаниях.

«Я говорил: «Зачем ты это собираешь люстры, подсвечники какие-то старые?» Она: «Потом будем все разбирать, мусор весь увозить из квартиры, это все пригодится.» Говорю: «Для чего это пригодится?» И так могло все годами лежать, просто «потом пригодится», — вспоминает Алексей.

Кошки в квартире плодились бесконтрольно — их никогда не стерилизовали. Кроме того, знакомые часто приносили новых. Завалы мусора и десятки кошек, которые уже жили в доме, никого не смущали.

Время Алексей проводил в основном дома, мог часами слушать любимую музыку. Летом выбирался посидеть на скамейке у подъезда, но спуститься, а тем более подняться обратно на пятый этаж человек с инвалидностью было сложно.

«Соседи говорили, что мальчика годами не видели»

К моменту, когда об истории Алексея узнала Елена Ящук, мама мужчины месяц как умерла, и он оставался один в грязной квартире с фекалиями кошек — во время уборки там находили даже трупы животных. Соседи были в курсе, что человек с инвалидностью остался без матери.

Знал и сводный брат Алексея, который периодически приносил ему продукты и оплачивал коммунальные услуги — деньгами с пенсии брата в 20 тысяч рублей. В соцзащите уверяют, что не были в курсе ситуации.

«Одна из сотрудниц [соцзащиты] живет через дом, она говорила, что вообще не знала, что такая проблема есть. Пошла сама опросила соседей, соседи говорили, что мальчика годами не видели — а «мальчику» пятый десяток. Как-то никто не видел — прям чудеса какие-то», — возмущается Елена Ящук.

Впервые войдя в квартиру Алексея, ветврач увидела кошек, «выскочивших драться за пакеты корма», и мужчину, который по мусору буквально прополз к двери, чтобы открыть ее. Елена пошла в ближайший магазин и стала скупать «все, что видела» — воду, консервы, выпечку.

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Фото: Елена Ящук

Пока девушка вместе с другими томичами, откликнувшимися на просьбу о помощи, убирались в квартире (оттуда вывезли пять «Газелей», шесть контейнеров и больше 400 мешков мусора по 240 литров каждый), Алексей сидел на скамейке у дома или прямо на ступеньках в подъезде.

Оставить его в жилье, где из условий были только горелая микроволновка, чайник с мухами и телевизор, Елена не смогла, и забрала к себе.

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Фото: Елена Ящук

«Мусор мы вывезли, но там было невозможно находиться. Службы, у которых услуга называется «клининг после смерти», приезжали и отказывались даже за деньги там провести какую-то минимальную обработку. Озонирование многочасовое платное не помогло», — говорит ветврач.

Запах в квартире был таким, что соседи Алексея не заходили в комнаты своего жилья, смежные с его квартирой — вонь распространялась даже через стены. К волонтерам соседи относились не слишком дружелюбно, и были недовольны, что те загрязняют подъезд, пока выносят мусор из квартиры.

«Скелеты в шкафу»

Еще больше появление в квартире волонтеров не понравилось сводному брату Алексея — он считает, что Елена преувеличивает масштабы проблемы. Но больше всего мужчину раздражает огласка в СМИ и соцсетях, по мнению брата, это бросает тень на его семью. Мужчина согласился поговорить с Tomsk.ru на условиях анонимности.

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Фото: Елена Ящук

«Это [что брат жил в таких условиях] в некоторой степени тоже позор, да. Но, понимаете, это скелеты в шкафу. Я вот, например, категорически против всяких вот этих публикаций. Поскольку они [волонтеры] ему помогают, я никаких адвокатов, ничего не завожу. Это нужно для контента, для сбора денег, да. Вот это я понимаю и терплю», — заявил брат Алексея.

Легковнушаемый Алексей после возникновения в его жизни Елены попал под ее влияние, убежден брат. В чем именно заключается это влияние, связно объяснить он не смог.

Мужчина акцентирует внимание на том, что ни его мать, ни брата никогда не признавали невменяемыми по закону. Брат уверен, что родных устраивала такая жизнь, поэтому они не делали ничего, чтобы ее изменить.

«Если это вынести, такой мусор, что они сами ничего не хотели, движений никаких не было, то и помощи не будет, — уверен мужчина. — А тут он жертва же своей мамы как бы. Мама оказалась собирательницей — я вот не знал, что собирательница, а Леха говорит, что да».

После смерти матери брат начал собирать документы, чтобы отправить Алексея в больницу, как он уверяет — не до конца жизни, а на время. Но его, по словам брата, «перехватила» Елена, которая уверена, что в больницу мужчину с инвалидностью отправили бы навсегда.

«Нужно смириться с тем, что все его дела занимают очень много времени» 

Теперь Алексей учится жить нормальной жизнью — посещать кафе, кинотеатры, филармонию. Оказалось, что он фактически не знает города за пределами микрорайона Каштак, откуда практически не выбирался за всю жизнь.

На любые поездки уходит очень много времени и сил. К тому же, передвигаться Алексей и Елена могут только на такси: за поездку в одну сторону отдают около 500 рублей.

«В принципе на коляске куда-то добраться очень сложно: малейшие ступеньки, вход на ту же почту, куда его гоняли три месяца. Двери очень узкие, даже на узкой коляске сложно элементарно попасть. Молчу про неподготовленные пандусы, про нечищенные, скользкие, бестолковые дороги», — рассказывает Елена. 

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Ездить нужно не только за развлечениями — в основном они выбираются из дома, чтобы решить вопросы с документами или лечением — выяснилось, что у него есть проблемы со здоровьем помимо ДЦП.

«Мы завтракаем, убираемся и потом, как правило, какие-то дела: либо больницы, либо документы, потому что пришлось восстанавливать все: у человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек, — говорит Елена. — Это заняло много времени: документы о подтверждении инвалидности и так далее просто не кончаются»

Алексею с трудом дается современная техника — до этого у него был только кнопочный телефон. Привыкать приходится и к быту: например, к тому, что сушить вещи нужно не на стуле, а на сушилке или батарее.

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Фото: Елена Ящук

«Нужно смириться с тем, что все его дела занимают очень много времени: если просто зайти в душевую кабину для нас — 20 секунд, то он может 15 минут забираться — не из вредности, ему больно, трудно, неудобно. Если мы куда-то собираемся, я должна намного больше времени выделить», — отмечает Елена.

С деньгами продолжают помогать томичи, которые следят за новой жизнью Алексея в соцсетях — еще в декабре они собрали 20 тысяч рублей на съемную квартиру, но мужчина отказался. Когда Елена забрала мужчину к себе, эти деньги пошли на оплату коммунальных услуг. 

Сейчас люди продолжают «скидываться» на лечение мужчине и содержание его кошек. Они же передают вещи и технику — инвалидную коляску, чайник, микроволновку.

Почти 90 тысяч рублей удалось получить от соцзащиты в качестве выплаты человеку, оказавшемуся в трудной ситуации, еще 30 тысяч на ремонт выделила областной депутат. С выдачей средств реабилитации от государства все пока сильно хуже — ни костылей, ни двух колясок, ни ортопедического матраса, ни ортопедических брюк, ни санитарного стула на складах не оказалось — выдали только две пары обуви.

«Оставив меня без поддержки, они думают, что изменят мое решение»

Из планов на будущее у Елены — решить вопрос с жильем Алексея: его старую квартиру отремонтировали силами небольшой местной фирмы. Но она находится на пятом этаже, и добираться туда тяжело.

Кроме того, половина квартиры принадлежит брату Алексея — он рассказал Tomsk.ru, что готов разделить деньги от ее продажи, но не подарить жилье брату. Сейчас родственники коммуницируют в основном через уполномоченного по правам человека Елену Карташову — чтобы избежать скандалов и подготовить сделку юридически.

«У человека был только паспорт, два костыля и 30 кошек»

Фото: Елена Ящук

История Алексея обернулась сложностями и для Елены Ящук — со временем с девушкой перестала общаться часть родственников и друзей, которая не одобряет ее помощь и жизнь с чужим человеком. По словам Елены, ее выбор не поддерживает большинство близких.

«Возможно, это какой-то протест с их стороны из жалости ко мне, потому что все-таки это очень сложно, много здоровья на это ушло. Я в первую неделю похудела на четыре килограмма, у меня ухудшилось зрение на две единицы, у меня тряслись руки, я не могла функционально работать. Таким образом, оставив меня без поддержки, они думают, что это как-то изменит мое решение», — предполагает девушка.

Она и сама подчеркивает, что выбилась из сил: «головная боль стала привычной, как дыхание, тошнит даже от вдоха, нарушен сон, вес». Поэтому Елена решила, что с мая содержать кошек больше не сможет:

«Мне нужно посещать учебу, ездить на курсы, освободить жизнь под свои задачи, которыми я и так пренебрегаю с декабря, нужно заняться своим здоровьем. Я обычный человек, пусть я ветеринар и люблю животных, но я не приют», — рассказала она Tomsk.ru.

Возможно, к этому времени Алексей уже будет жить самостоятельно — хоть и не без помощи соцработников. Мужчина говорит, что сам хотел бы этого, но пока не уверен, что готов.